Завален шмотками весь шкаф,
Заставлена квартира.
Живу, заранее не прав,
Под взглядом командира.
С трудом пролажу меж тюков,
Шкафов, столов и стен я.
Да здравствует в веках любовь!
Твержу я непременно.
Я истончаюсь словно дух
Под гнетом обстоятельств,
Как поэтична повесть двух
Меж каблуков и платьев!
Не нужен мне другой удел,
Я счастлив, что имею.
Наш брак - не трение двух тел,
Не поиск, где теплее.
Наш брак, как Маяковский стих
Громадой торит годы,
Я прославляю каждый миг
За таинства природы!
Здесь жизнь сама преподнесла
Своих законов тайну.
Я умаляюсь, как вода.
И движусь не случайно.
Я вечно избранный Адам,
Все познающий Еву.
И, может быть, к седым годам,
Если позволит небо,
Мы станем двое, как один,
Как трудно душ слиянье,
Я только знаю - Бог един
И только Он - сиянье!
Свой пропуск на вселенский пир
Нам предоставит небо
Войдем мы вместе: я и ты
Отпраздновать победу.
Мы были сброшены давно
С небесного престола.
Но мы вернемся все равно.
Ведь нет пути иного.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Проза : Реальность - Андрей Скворцов Я специально не уточняю в самом начале кто именно "он", жил. Лес жил своей внутренней жизнью под кистью и в воображении мастера. И мастер жил каждой травинкой, и тёплым лучом своего мира. Их жизнь была в единстве и гармонии. Это просто была ЖИЗНЬ. Ни та, ни эта, просто жизнь в некой иной для нас реальности. Эта жизнь была за тонкой гранью воображения художника, и, пока он находился внутри, она была реальна и осязаема. Даже мы, читая описание леса, если имеем достаточно воображения и эмоциональности можем проникнуть на мгновение за эту грань.
История в своём завершении забывает об этой жизни. Её будто и не было. Она испарилась под взглядом оценщика картин и превратилась в работу. Мастер не мог возвратиться не к работе, - он не мог вернуть прежнее присутствие жизни. Смерть произвёл СУД. Мастер превратился в оценщика подобно тому, как жизнь и гармония с Богом были нарушены в Эдеме посредством суда. Адам и Ева действительно умерли в тот самый день, когда "открылись глаза их". Непослушание не было причиной грехопадения. Суд стал причиной непослушания.
И ещё одна грань того же. В этой истории описывается надмение. Надмение не как характеристика, а как глагол. Как выход из единства и гармонии, и постановка себя над и вне оцениваемого объекта. Надмение и суд есть сущность грехопадения!
