Ночь!.. на дворе лучик мелькнул...
ты ещё такой слабый, - а всё туда же - вверх, по ниточке, по травиночке...
До чего хороша, эта тихая прохладная ночь! Вот только бы отдышаться чуток. Слабость подкатывает, беспричинно перегоняя и перебирая как чётки в руках очертания улиц, вымощенных весенним дождём. Ничего.., это всё пройдёт...не скоро, - но пройдёт. Утро не за горами.
... А как босиком было легко бегать летними вечерами! Ночь наступала, а ты и не видел, - словно и не было её, а может и вовсе она не наступала?..
Холодновато как-то, прохладой повеяло...
- ... А стояла такая жара!
Босиком по просёлочным улицам, без страха, по темноте!.. и силы не убавлялись...
- Нет! это не совпадение!
Пора и спать ложиться...
Луна грустно так зажмурилась на пороге, провожая на заслуженный покой.
- ...А трава - пахучая, зелёная, - и никуда не отпускала маленькие пяточки...
...А издалека родной голос, словно потерялся среди просёлочных улиц, облитых прохладным дождём и многолетней лунной дорожкой, соединяющей две такие совсем разные судьбы, неожиданно скрещивающиеся и отражающиеся лунным светом, вышедшим из невесть откуда-то появившихся призрачных туч... :)
--- Авторские права на произведение принадлежат газете "Для ТЕБЯ". Публикация произведения допускается только по согласованию с редакцией газеты.
Прочитано 11164 раза. Голосов 0. Средняя оценка: 0
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Поэзия : Насіння (The seed) - Калінін Микола Це переклад з Роберта У. Сервіса (Robert W. Service)
I was a seed that fell
In silver dew;
And nobody could tell,
For no one knew;
No one could tell my fate,
As I grew tall;
None visioned me with hate,
No, none at all.
A sapling I became,
Blest by the sun;
No rumour of my shame
Had any one.
Oh I was proud indeed,
And sang with glee,
When from a tiny seed
I grew a tree.
I was so stout and strong
Though still so young,
When sudden came a throng
With angry tongue;
They cleft me to the core
With savage blows,
And from their ranks a roar
Of rage arose.
I was so proud a seed
A tree to grow;
Surely there was no need
To lay me low.
Why did I end so ill,
The midst of three
Black crosses on a hill
Called Calvary?
